СЛЕПОЙ ХУДОЖНИК

Изобразительное искусство незрячих

Роль специальной библиотеки для слепых в процессе развития творческих потребностей инвалидов по зрению

Санкт-Петербургская Государственная библиотека для слепых является основным навигатором в информационном пространстве для инвалидов по зрению, многофункциональной, гибкой, дружественной средой. В обществе бытует мнение, что физический недостаток человека предполагает его интеллектуальную ущербность. Непросвещенность населения о возможностях незрячих настолько велика, что даже элементарные контакты между слепыми и зрячими, порой, вызывают негативные чувства как у тех, так и у других.

Нужно признаться, что наше общество нравственно не готово принять инвалида. Для успешной интеграции лиц с ограниченными возможностями, в частности, незрячих, необходимо, прежде всего, понимать, что среди них есть люди с выдающимися возможностями, со средними, а есть и совсем бесталанные, инертные. Все мы одиноки в этом мире, а незрячий человек особенно. Об этом не принято говорить, но ощутить это может всякий, просто закрыв глаза на какое-то время.

Считается традиционным, что из творческих видов деятельности незрячим ближе всего музыка, но абсолютный музыкальный слух далеко не у всех незрячих детей. Просто музыкальное образование незрячих уже сложилось в специальную систему. Есть музыкальные школы, музыкальные училища, незрячих принимают в музыкальные ВУЗы. А вот изобразительным творчеством с незрячими занимаются мало.

Постижение красоты окружающего мира – одно из важнейших стремлений любого человека. Людям с нарушенным зрением многое доступно в познании мира, но воспринимать его труднее. Порой, незрячему человеку во имя формирования собственного душевного богатства, во имя более полноценной жизни в среде других людей приходится преодолевать много трудностей. Мир прекрасно богат и разнообразен. Он постигается всеми органами чувств, и, конечно же, мышлением и воображением. Однако его границы сужаются, если какой-либо из органов чувств не способен воспринимать зримую и звучащую красоту мира. Многое может быть воспринято и постигнуто с помощью осязания и кинестетического чувства.

Цель данной работы – привлечь внимание к такому необычному, даже парадоксальному явлению, как слепой художник. Давайте заглянем в «параллельный» мир, о котором мы так мало знаем. Кто из вас знает имена таких художников, как Василий Нечаев, Лиина По, Эсреф Армаган, Дмитрий Дидоренко, Николай Дацюк, Мансур Закиров, Тимур Новиков, Сергей Попалзин, Владимир Яковлев, Пирьё Каллио, Сергей Царапкин? А имена наших земляков – Олега Зиновьева, Ларисы Павловой, Натальи Селивановой, Тамары Куренковой – известны вам? Можно перечислять и дальше…Знакомы они вам хотя бы отдалённым эхом?

Эти имена могут послужить своеобразным психологическим тестом к проблеме «незрячие и общество». А если ещё уже – к проблеме нашей нравственности и душевной отзывчивости… Как известно, гуманность общества измеряется его отношением к детям, старикам и страждущим, к инвалидам.

Творчество инвалидов – путь в мир равных прав и возможностей. Опыт проведения персональных выставок художников, преодолевших барьер, который ставит перед человеком и окружающим миром слепота, показал, как многому они могут научить.»Для художника слепота не может быть бедствием, она становится орудием…» считал великий писатель-классик ХХ века Хорхе Луис Борхес (1899-1986), который ослеп во второй половине жизни и писал книги, не видя окружающего, но отчётливо видя мир в неведомых для нас измерениях.

Великий русский учёный И.М. Сеченов первым показал сходство зрительного и осязательного восприятия. «Рука , ощупывающая внешние предметы, даёт слепому всё, что даёт нам глаз, за исключением окрашенности предметов и чувствования вдаль, за пределы длины руки». Он писал: «Зрячий избалован зрением в деле познания формы, величины, положения и передвижения окружающих предметов, - поэтому он не развивает драгоценные особенности руки давать ему те же самые показания (что и зрение), а слепой вынужден, и у него чувствующая рука является чувствительным заместителем видящего глаза. У зрячего контрольный аппарат лежит вне работающей руки, а у слепого – в ней самой».

Все эти знания подтверждают мысль Виктора Гюго: «Когда гаснет телесное око, загорается око ума». Именно развитию воссоздающего воображения незрячих детей посвятил несколько десятилетий жизни наш земляк, художник Нашивочников Юрий Алексеевич, педагог-новатор. В 1961 году он пришёл в школу-интернат №1 для слепых детей и начал заниматься с ребятами, стараясь пробудить у них внутреннее зрение. В течение тридцати лет он продолжал свои изыскания в этой области, разрабатывая приёмы, позволяющие незрячим заниматься изобразительным искусством и творчески развиваться. Особенно важно , что они приобрели системный характер и оказались достаточно просты и доступны каждому незрячему. Размышляя об изобразительном творчестве инвалидов по зрению, Ю.А. Нашивочников пишет: «Занятия слепых и слабовидящих изобразительным искусством не только содействуют их художественному развитию и приобщению к эстетической культуре, но и способствуют расширению и обогащению сферы их представлений. Это особенно важно для ослепших, так как5 позволяет им сохранить оставшиеся зрительные представления и связанные с ними цветовые ощущения и помогает образовывать новые представления». А этому человеку можно верить, поскольку его участие в жизни незрячих длится с 1961 года…

Поводом послужила небольшая статья Берты Гастер, опубликованная в журнале «Курьер ЮНЕСКО» за май 1957 года, о занятиях скульптурой незрячих в Сан-Франциско. Работы поразили художника, и он загорелся идеей предоставить возможность и нашим незрячим заниматься изобразительным творчеством. Юрий Алексеевич сделал то, что не удавалось ещё никому: нашел технику рисунка и живописи, которая дала слепым возможность создавать картины общедоступными изобразительными средствами, обучал их методам лепки и скульптуры. Он разработал специальную палитру для мозаичных работ и цветных карандашей. Научил детей рисовать на пенопласте, восковыми карандашами на меловой бумаге, скальпелем на пластилине, создавать изящные линогравюры, многоцветные мозаики и аппликации. Ученики Ю.А. Нашивочникова доказали своими работами, что систематические занятия развивают душу, расширяют внутренний горизонт и дают возможность пережить ни с чем не сравнимую радость творчества.

В 1976 году по его инициативе было создано творческое объединение «Художник» при ДК им. В.А. Шелгунова Всероссийского общества слепых, , которым он руководил до 1993 года. С 1993 года в студии стали активно осваивать керамику, а в 2003 году появился гончарный круг. Сейчас Ю.А. Нашивочникову – 86 лет, но он продолжает общаться со своими учениками, и для него нет разницы, слепой он или зрячий.

Свою эстетику для тактильного чувства имеет каждый материал и каждая разновидность поверхностей. Форма предмета, контур, объём, композиция тоже являются языком, способным эстетически воздействовать. Пальцы не могут не заметить красоту линий, несущих разнообразный эстетический заряд. Как сама линия, так и созданные с её помощью фигуры, получив рельефное воплощение, стали доступным для незрячих средством рисования. Осязаемая красота может не только восприниматься незрячими, но и создаваться ими. Подтверждением тому является творчество незрячих скульпторов и художников, о которых, к сожалению, мало знает широкая аудитория.

Незрячая художница Наталья Селиванова считает: «Выдумка, увлечённость, радость творческого созидания присуща занятиям рисованием и лепкой. Незрячие люди получают возможность понимать искусство, развивать вкус. Им особенно важно показывать свои работы окружающим и слышать зрительский отзыв. Выставки и другие связанные с ними мероприятия поощряют творческую инициативу, создают атмосферу праздника. Любой художник, особенно незрячий, рад, когда его работа поднимает людям настроение». После каждой выставки, которых было уже немало в разные годы и в разных местах (в Манеже, в Академии художеств, в Театральной библиотеке, в музее Достоевского, Блока, «Истории Ленинграда», во Дворце молодёжи и т.д.) остаётся книга отзывов, которая является ярким свидетельством того, какое сильное впечатление на людей производят работы художников-инвалидов по зрению.

У каждого из этих художников сложная судьба. Наталья рисует, сколько себя помнит, хотя зрение очень плохое с детства. Она перенесла много операций. Сейчас у неё нет даже 0,02% зрения. Но, несмотря ни на что, она закончила Петербургскую Академию культуры и продолжает заниматься творчеством. Сюжеты картин приходят к Наталье по-разному. «Открыла глаза после последней операции – увидела летящего по коридору врача в голубом халате. Это было так красиво, что нельзя было не запомнить», - вспоминает она. Технику темперы для своих работ художница выбрала неслучайно. Акварель требует очень хорошего зрения, а темперой писать легче. Картины Натальи наполнены светом, доброй энергией и полётом. Наталья помнит всех, кто способствовал развитию её творческих задатков. С первого класса школы-интерната №1 им. Грота для слепых детей, где училась Наталья, ей много внимания уделяли педагоги: Т.А. Круглова, И.С. Кондратьева, А.К. Константинова, Е.С. Незнамова и другие. Чувство благодарности к ним она сохранила на всю жизнь.

Наталья Селиванова – постоянный участник всех выставок Санкт-Петербургской изостудии незрячих художников. Были у неё и персональные выставки. Творческий путь Натальи продолжается так же, как и её духовный полёт.

Одна за другой проходят выставки Ларисы Павловой, которая является ученицей Ю.А. Нашивочникова с 8 лет, после полной потери зрения. Родители делали для Ларисы очень многое: водили в театры, читали хорошие книги, нашли педаго7ов, которые занимались с ней музыкой, шахматами, гимнастикой. В Санкт-Петербургскую изостудию незрячих художников привели её для общего развития, но вскоре Лариса ощутила призвание к искусству, и смысл занятий стал для неё иным. Используя методики Юрия Алексеевича, Лариса занимается теснением по алюминиевой фольге и латуни, рисует цветными ручками, карандашами, восковыми мелками на бумаге и ткани. Работает на фотобумаге, процарапывая эмульсионный слой, а потом закрашивая его графитовым порошком. Но сейчас её излюбленный способ – рисунок цветным пластилином по картону. Сюжеты рисунков она придумывает сама: «Вижу их внутри себя, живу в мире этих образов, и мне очень хочется их нарисовать».

На выставках Ларисы погружаешься в мир чистых детских образов и фантазий, которые затрагивают в твоей душе сокровенные мысли и чувства, и ты вновь окунаешься в святой колодец детва, который тайно сохраняется в душе у каждого человека. Лариса в одном интервью сказала: «Я убеждена: каждый , даже абсолютно незрячий человек, даже ребёнок, родившийся тотально слепым, могут рисовать, и в этом нет ничего сложного и удивительного. Главное, чтобы у человека было доброе сердце и открытая душа».

Лариса ведёт активную просветительскую деятельность. На телевидении и радио при её участии прошёл ряд материалов о проблемах и особенностях художественного творчества незрячих Она пытается пробудить интерес художественной и педагогической общественности к этому направлению и надеется, что найдётся энтузиаст, который подхватит эстафету из рук Юрия Алексеевича Нашивочникова и продолжит его занятия и исследования. Для сохранения и распространения уникальных методик Ю.А. Нашивочникова Лариса создала сайт www.pavlova.ws.

Лариса член группы незрячих художников «По», названной так в честь московского слепого скульптора, Лиины По, творившей в 30-40-е годы. Работы Ларисы принимали участие в разных городских выставках ( в ЦВЗ «Манеж» и Союзе художников Санкт-Петербурга, в Санкт-Петербургской Академии художеств им. Репина, в музее истории Ленинграда и музее нонконформистского искусства «Пушкинская-10») и вывозились для участия в показах в другие города (в Российской Академии художеств в Москве). В 2005 году Ларису приняли в Союз художников России и профессиональный творческий союз «Товарищество «Свободная культура». Она является лауреатом УШ международного фестиваля «Звуки и краски мира» в рамках международного культурного фонда «Орфей» (в 2005 году) и международной премии «Филантроп-2006» в номинации «За новизну и оригинальность в изобразительном творчестве». Лауреатами этой же премии стали петербурженки, занимающиеся в Студии, Тамара Куренкова и Елена Пашутина.

Незрячая финская художница Пирьё Каллио считает: «Если какое-то занятие достаточно интересно, ты не можешь расстаться с ним, что бы в жизни ни случилось. Хотя человек потерял зрение, ему надо писать картины. Нужно только найти подходящие приёмы…Мы сами ограничиваем свои возможности: думаем, что я не умею, у меня не может получиться». За этими мыслями стоит огромный опыт пережитого. Интерес к живописи у неё был уже в детстве. Она мечтала поступить в Атениум, высшее художественное училище. Но в девять лет она заболела сахарным диабетом, стала терять зрение. Встреча с художницей Анной-Марией Осинов положила начало её занятиям керамикой. Писать картины Пирьё стала примерно 10 лет спустя после того, как в 1989 году устроила совместную выставку со слабовидящей художницей Майлой Мехтяпя. «Майла сказала, что не нужно видеть, чтобы писать картины. Она сама не смотрит на полотно, когда пишет, а даёт интуиции руководить работой», - рассказывает Пирьё. Она любит рисовать по ночам. Рисует при помощи пальцев, используя природные цвета и краски. Кроме живописи и занятий малыми формами скульптуры, художница много пишет. В изданной в 1998 году книге «Розовые врата» Пирьё написала: «Утрата зрения открыла мне глаза». Она считает: «Самое большое препятствие творческой деятельности человека – это человек сам: преграды и границы, установленные нами. Преодолеть их может никто иной, как сам человек».

Особый интерес вызывает жизнь и творчество незрячего художника из Турции Эсрефа Армагана, который с поразительной реалистичностью рисует дома, животных, пейзажи, при этом соблюдая законы перспективы и светотени, поражая чувством цвета. Этот человек от рождения слеп. Он родился в Стамбуле, в бедной семье и даже не ходил в школу. Никто не учил его рисовать, но талант проявился. Уже в шесть лет Эсреф сам освоил карандаш, а с восемнадцати лет стал писать масляными красками без использования кисточек. Он выработал собственную технику рисования пальцами на бумаге и холсте масляными красками. Сейчас он предпочитает работать с гуашевыми красками. Процесс написания картины довольно сложный и длительный. Художник наносит вначале фоновый цвет на всю площадь будущей картины и дожидается, когда он высохнет. Затем по этому грунту заостренным колышком наносится рисунок. Следующий этап – тщательное исследование рельефа: Эсреф старательно ощупывает свой набросок, проверяя удался ли задуманный образ, и только после этого начинается этап раскрашивания. О цвете он знает со слов окружающих. Он запомнил, что небо голубое, трава зеленая и т. д. Сначала он накладывает на холст краску одного цвета, а затем, после ее полного высыхания, вход идут другие цвета. Таким образом, Армаган выработал уникальную художественную технику. И благодаря своим необычным картинам в свои пятьдесят два года он прославился не только у себя на родине, в Турции, но и за рубежом.

Исследователи в Бостонском Университете и Университете Торонто анализировали его работу, пробуя понять его мыслительные процессы. Они забросали его вопросами и делали ему сканирование мозга во время написания им картины. Научные тесты выявили у Эсрефа «внутреннее зрение», с помощью которого Армаган может представить себе тот или иной образ так, как будто он когда-нибудь видел его воочию. При чем, он эти зрительные образы помнит и может воспроизвести годы спустя. Сканирование головного мозга слепого художника показало, что в процессе рисования у него «включается» зрительная область коры головного мозга почти в такой же степени как и у зрячего человека.

В Турции, на родине художника, и за ее пределами проводятся выставки Эсрефа Армагана. Они пользуются заслуженной популярностью, так как нет ничего притягательнее красоты и гармонии, которые находят способ проявиться вопреки всему.

А что же у нас в России? В 1966 году Ю. А. Нашивочников писал (журнал «Наша жизнь», №9, с. 15 – 18), «Исследования отечественных физиологов и психологов доказали, что слепые способны создавать скульптуру. Было установлено, что процессы восприятия слепого и нормально видящего в основном не отличаются друг от друга, поскольку и в том и в другом случае функционирует один и тот же механизм взаимодействия анализаторов в коре головного мозга, обеспечивающий одинаковое восприятие действительности слепым и нормально видящим».

Он писал: «Слепой, находясь среди зрячих и прислушиваясь к их речи сопровождаемой часто цветовыми характеристиками, уясняет себе через слово разнообразие красок окружающей природы и ее изменений в цвете. В связи с этим, постепенно вырабатываются крепкие устойчивые связи между словом, характеризующим внешнюю среду, и ощущениями, испытываемыми слепым от соприкосновения с ней». Творчество «вопреки всему» уже много лет пытаются донести до нас наши земляки, незрячие художники и скульпторы. Периодически нас приглашают на выставки, где можно увидеть работы Ларисы Павловой, Натальи Селивановой, Олега Зиновьева, Тамары Куренковой и других. И всякий раз испытываешь потрясение от увиденного.

Незрячая художница Тамара Куренкова – одна из первых учениц Нашивочникова. Она признает, что он единственный, кто научил незрячих детей выражать свои мысли и чувства через линии на бумаге и в глине. «Он научил нас языку образов, и мы стали понимать произведения художников и скульпторов. Это так же трудно, как научить глухого говорить и слышать окружающих. Мы с трудом Постигали красоту линий и цветовых пятен, как глухой постигает музыку слов. Законы изобразительного искусства тяжело входили в наше сознание. Увлекать и поддерживать нас – это его талант. Юрий Алексеевич часто читал вслух, а мы рисовали иллюстрации. Он учил нас работать с разнообразными материалами и в разных техниках (до 100 разновидностей). Мы не могли видеть свои произведения, но его восторженному голосу всегда доверяли… Были дни, когда все желающие заниматься у него дети не помещались в мастерскую. Мне повезло, что я встретилась с прекрасным педагогом и человеком… Хочу добавить, что, когда человек теряет зрение, - образы расплываются и исчезают из памяти, а занятия изобразительным творчеством сохраняют и даже расширяют, развивают образное мышление».

Уже дважды в новом выставочном зале Государственного музея городской скульптуры выставлялись работы Олега Ефимовича Зиновьева. «Незрячий видит сердцем» - этот дивиз раскрывает суть представленных работ. Художник родился в 1937 году в Ленинграде, пережил ребенком блокаду, последствием которой стало постепенное ухудшение зрения и слуха, а с 1990 года полная потеря его. Вопреки проблемам со зрением, Олег Ефимович с 1956 года живописец по фарфору на Ленинградском фарфоровом заводе имени М. В. Ломоносова. Когда зрение резко ухудшилось он перешел на работу на студию Леннаучфильма и Ленинградского телевидения художником – мультипликатором. Окончательно потеряв зрение он не поддался отчаянию, не оставил творчества. Стремление продолжать творческую жизнь привело его в студию керамики и скульптуры, организованную Ю. А. Нашивочниковым. С редким упорством и мужеством он осваивает новые для него материалы: терракоту, шамот, мыльный камень, дерево. Заново учится рисовать. Появились акварели, линогравюры, работы, выполненные карандашом и фломастером. Все работы художника полны духовности, спокойной уверенности, тепла.

«Когда мои глаза накрыла вечная тьма, я оказался в другом мире. Раньше я работал, чтобы жить, а, став инвалидом первой группы стал жить, чтобы работать. Поначалу, конечно, было как-то не по себе, но потом я даже ощутил выгоды от своего нынешнего положения. Зрение постоянно отвлекает художника. Все вокруг движется и не дает сконцентрироваться на объекте. Я же могу полностью сконцентрироваться на своих мыслях и по памяти рассмотреть нужную вещь со всех сторон. У слепого, кроме того, обостряются другие чувства, которые помогают работать. Многие картины я увидел во сне, а затем воплотил их в жизни», - рассказывает Олег Ефимович.

Сейчас художник рисует акварелью, гуашью, маслом и фломастерами. Он разработал свою технику, используя вырезанные из картона трафареты. Кроме того, многие годы он активно продолжает заниматься бегом. Регулярно участвует в марафонах. По словам художника, остаться в нормальной рабочей форме ему помог именно спорт. В 2007 году Олег Ефимович Зиновьев был принят в Союз художников России. Этой же чести была удостоена в 2005 году незрячая художница Лариса Павлова.

Но каждый из них должен помнить, что первым этот путь был пройден когда-то Василием Ивановичем Нечаевым (1887 – 1933). Будучи студентом Санкт-Петербургской Академии художеств, он начал терять зрение, что было для него страшной трагедией. Нечаев боролся, лечился, надеялся. Но наступила полная слепота. Однако Нечаев решил вновь вернуться к творчеству. Он «ощупью, наугад, по памяти стал рисовать образы прежде виденного». Художник писал: «До сих пор я вполне ясно сохраняю представления о красках и светотенях, о блеске и тусклости. И мне кажется даже, что центральный нерв более тонко ощущает все малейшие оттенки цветов и колебаний светотени, чем периферический глазной нерв… Краски вспыхивали и разгорались, как волшебные огни какой-нибудь дивной сказки, заполняли все сознание и даже, казалось, всю душу. Живо вспомнились самые блестящие, самые огненные картины природы, много раз виденные и всегда меня восхищавшие…» Василий Иванович разработал свою методику живописи без зрения. Она подробно описана в книге В. А. Розова «К незримому солнцу», изданной 1939 году.

Благодаря своей настойчивости В. И. Нечаев в 1908 – 1910 гг. участвовал в нескольких выставках картин. Живопись без зрения газеты расценили как «из ряда вон выходящее явление в искусстве». В 1909 году три работы Нечаева демонстрировались на выставке импрессионистов и на других выставках. В 1912 году в Лондоне состоялся Международный конгресс по делам слепых. Россию на нем представлял известный тифлопедагог Я. Колубовский. Он продемонстрировал рисунки Нечаева. Работы русского незрячего художника получили признание как небывалое явление в живописи.

Последняя выставка работ Нечаева была организована уже после его смерти в Ленинграде. 31 марта 1935 года в ЛИЭТИНе состоялась специальное научное совещание по приемам и методам живописи без зрения. Ученые дали высокую оценку человеку, преодолевшему слепоту, и отметили, что творчество его никем не исследуется. К сожалению, работы художника во время блокады были утеряны, и в настоящее время не известно ни одной из 33-х картин художника. Но осталась память о нем, как о человеке, который, кроме того, был активным борцом и талантливым организатором. Василий Иванович стал активнейшим участником создания первой в России общественной организации слепых – Всероссийского Союза Слепых. О последних годах его жизни нам ничего не известно. Умер Василий Иванович в 1933 году. Но остался жив его завет: «Я очень хотел бы, чтобы те, для кого закатилась красота мира Божьего, услышали мои мечты и надежды. Нет никакого сомнения, что общими усилиями ослепшие живописцы вернут себе утраченную возможность творить прекрасное… С бодростью ныне страдающие, заживо погребенные живописцы примутся за работу с новыми несомненными возможностями и новыми средствами и, может быть, когда-нибудь будет устроена выставка картин слепых живописцев…».

Уже более ста лет этим словам, но они живы и важны до сих пор. Попытки понять и изучить творческий процесс незрячих людей делались многими русскими тифлопедагогами в разные годы. Это известные ученые В. С. Сверлов, И. М. Сеченов, Б. И. Коваленко, А. И. Зотов, Ю. А. Кулагин, М. И. Земцова, А. Г. Литвак, Л. И. Солнцева, Н. В. Серпокрыл, Н. А. Семевский, В. Г. Першин, В. А. Феактистова, А. В. Потемкина и другие. Все эти люди внесли вклад в изучение формирования компенсаторных процессов, возмещающих недостаток информации, связанной с нарушением зрительного анализатора. Но лишь само творчество является той базой, которая доказывает сложность духовного процесса восстановления и развития личности человека с нарушенным зрением. Человек – творец уже не остановится в познании себя и мира, в стремлении слиться с этим миром в гармонии. Хочется напомнить строки Арсения Тарковского: «Найдешь и у пророка слово,/ Но слово лучше у немого, / И ярче краски у слепца,/ Когда отыскан угол зренья/ И ты при вспышке озаренья/ Собой угадан до конца».

Многие годы в Тифлоотделе Государственной библиотеки для слепых создается информационно-библиографическая база, где мы рачительно систематизируем, подбираем фиксируем все, что связано с жизнью и деятельностью инвалидов по зрению и творчеством в частности. Несколько лет ушло на создание информационно-рекомендательного указателя литературы («Родник духовности. Художественное воспитание инвалидов по зрению – путь реабилитации и интеграции»). Это наш вклад в творческую реабилитацию наших читателей в этот мало изученный феномен, который еще предстоит познавать.

Мы принимаем участие во всех творческих выставках, храним работы, которые нам дарят наши читатели, знакомим их друг с другом, пропагандируем их творчество, проводим встречи с художниками, рассказываем о них. Вместе с тем, история человечества полна примеров достижения высоких результатов в области искусства и науки у людей, имевших нарушения физического здоровья: Гомер, Бетховен, Тулуз-Лотрек. Эти имена и тысячи других доказывают, что многое могут люди – вопреки

(Л.А. Высоцкая. Государственная библиотека для слепых.)